От руки

Автограф до востребования: сборник стихов. — 2-е изд., доп. — Хабаровск, 2015.

Литературная жизнь русской эмиграции в Китае в 1920–40-х

Все звезды повидав чужие
И этих звезд не возлюбя,
Мы обрели тебя, Россия,
Мы обрели самих себя.
В. Перелешин

Давным-давно на одной лесной поляне в глухой уссурийской тайге жили-были муж с женой, и было у них двое деток — дочечка да сынок. Всякие времена переживали, и трудно было, и голодно, и сытно-радостно, а только в любых обстоятельствах старались родители детям опыт передать и всему нужному для жизни обучить.

Три года назад во Владивостоке, при поддержке музея Института биологии моря А. В.

Быль

Было у богатыря три сына: старший Никола, средний Петро и младший Васька. Богатырь на мельнице работал. Крутятся мельничные жернова — не только зерно в муку превращают, но и часы, сутки — в годы.

Подрастают сыновья — такие все разные...

Горькие яблоки

Годы яблоками падают,
На душе оставив след.
Но они совсем не радуют,
Как судьба, где счастья нет:
Ни изба в селе заброшенном,
Ни лучины треск в печи,
Ни в окошке запорошенном
Трепет тающей свечи.
И ни слезы мамы милой
В том далеком-далеке,
Где я рос рабом и быдлом
На концлагерном пайке.
И завод уже не радует,
Что стал пуст,
как зимний куст.
Годы яблоками падают
Горькими, как дым, на вкус.

Лепешка из гнилой картошки

Лепешка из гнилой картошки
Так сладко таяла во рту.
Картошка с фаршем из лампешки
Приобретала остроту.

Съедался до последней крошки
Тот немудреный бутерброд —
Картошка с привкусом лампешки.
Осетр с икрою шел на фронт.
1999
Перевод А. Лозикова

О Великой Отечественной написано немало, и сколько еще напишется. Ведь как бы ни отдаляли нас десятилетия от главного дня в 1945-м, вряд ли уйдет острота той невероятной радости, когда наступил долгожданный мир. Сегодня уже почти не осталось воинов, защищавших нашу страну от фашизма. Время идет, и люди эти тоже уходят. Но еще остаются дети войны, которым пришлось пережить страх, голод, потери.